Александра Рудник. ИНТУИЦИЯ НА ДВОИХ

— Что-то ты сегодня разошелся, Ромашка, — девушка нежно провела ладонью по огромному животу.

— Толкается? — с любопытством спросила соседка по больничной палате, которая была еще на малом сроке.

— Не то слово, — улыбнулась Саша, — все внутренности отбил, футболист мой маленький!

Спустя пару часов ей позвонил муж и сообщил, что благополучно разгрузился, и теперь едет домой.

— Давай, потихоньку там, позвони, когда доберешься, целую, — привычной фразой попрощалась Саша с супругом и отключилась.

Ураган внутри ее тела не утихал. Ребенок не останавливался ни на мгновение, продолжая совершать пируэты крошечными ножками. Озадаченная поведением малыша, будущая мама с трудом поднялась со скрипучей кровати и, набросив на плечи халат, вышла из палаты. Она не спеша брела по длинному коридору в поисках дежурной медсестры, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, подобно утке. Беременность для Александры была второй. Первая оказалась неудачной, и, увы, она потеряла малыша. Лишь спустя шесть лет, когда супруги уже отчаялись, случилось невероятное чудо, им был дарован шанс стать счастливыми родителями. Второе вынашивание давалось крайне тяжело, за последние два с половиной месяца девушка несколько раз лежала на сохранении с угрозой преждевременных родов. Вот и сейчас, испугавшись схожести симптомов, она отправилась за помощью медиков.

Тучная женщина в белом халате, дожевывая на ходу бутерброд, не хотя проходила пациентку в ординаторскую, где передала ее на поруки дежурному врачу. Седовласый старичок с лицом блаженного не внушал Саше и капли доверия, но выбора не было, и ей пришлось поведать о своих жалобах и предчувствиях.

— Я переживаю, как будто нутром чувствую, что с малышом что-то не так, — едва не разревелась взволнованная до предела Александра.

— Ну, хорошо, будь по-твоему, — сдался доктор, — давай измерим давление, сделаем КТГ, УЗИ, а потом с результатами приходи в смотровую.

Назначенные процедуры, и последующий осмотр, заняли около часа. Лишь в начале седьмого девушка вернулась в палату, и с усталостью опустилась на свою кровать.

— Ну, как? Что сказал доктор? — спросила все та же соседка по койкам.

— Да, вроде, все нормально. Говорит, что мальчики часто на изменения погоды реагируют, а на завтра как раз передавали дождь, — задумчиво ответила Саша, но в душе продолжала хранить жуткое смятение и нехорошее предчувствие.

Она попыталась отвлечься от грустных мыслей, вспомнив, что завтра ее выписывают из больницы, и она наконец-то вернется домой. Она так соскучилась по мужу, их старенькому деревянному домишке с русскими печками, даже по вечно грязным поросятам, о которых Саша с любовью заботилась, пока супруг был в рейсах. А еще ей не хватало свежего воздуха, которого в деревне, куда они перебрались пару лет назад, было в избытке. Несмотря на тяжелый сельский быт, Саша получала удовольствие, проводя время на грядках, хлопоча по хозяйству или занимаясь заготовками на зиму. Она и сама не заметила, как быстро привыкла к простым будням, напрочь потеряв желание возвращаться в город.

На прикроватной тумбочке завибрировал старенький кнопочный мобильник.

"Юрка, наверное, домой приехал", — подумала девушка, оторвавшись от размышлений о жизни, и протянула руку к телефону, но на экране высветилась надпись: "Тетя Маша". Звонила бабушка мужа. Саша относилась к старушке со всей душевной теплотой, но каждый разговор сводился к единственному вопросу: "Как там Надя?" Речь шла о Сашиной свекрови, дочери Марии Федоровны, которая жила неподалеку. А что можно рассказать о человеке, страдающем алкоголизмом на протяжении многих лет? Говорить правду не хотелось, ведь в любом своем проявлении она огорчит старую женщину, и вызовет очередной стресс, сопровождаемый высоким давлением. Лгать и говорить, что ваша Надя "завязала" с пагубной привычкой, и теперь с нетерпением ждет рождения внука, тоже не было желания. Поэтому девушка просто "обеззвучила" телефон, и дождалась, когда истечет время ожидания ответа. Да, некрасиво, неправильно, но состояние и так хуже некуда, а тут еще и тяжелый разговор.

Супруг так и не перезвонил. Александра пришла к выводу, что он уже дома, просто слишком устал с дороги и сразу лег спать. Дальнобойщики стареют рано. Несмотря на то, что Юре чуть больше тридцати пяти, в последнее время он все сильнее выматывался в рейсах, колеся по России-матушке, и не только. Саша часто стала слышать, что раньше дороги давались ему легче. Их брак длился больше восьми лет, но ей так и не удалось привыкнуть не волноваться за любимого, и спокойно спать, когда он уезжал в ночь. Не решаясь побеспокоить мужа звонком, девушка решила отправить СМС: "Ты, наверное, уже спишь, так что спокойной ночи, и до завтра. Целую".

Ответ от мужа пришел лишь спустя несколько часов. Текст сообщения еще больше смутил Сашу, точнее последняя фраза: "Да, зай, вырубает не по-детски, так что буду спать, спокойной ночи. Я вас очень сильно люблю". Подобная нежность давно ушла из их отношений, уступив место обыденному общению привыкших друг к другу людей. Это было странно и ... пугающе...

Ближе к полуночи малыш в утробе сжалился над мамой, и Александре, наконец, посчастливилось уснуть, но отдохнуть она так и смогла. Внутренняя тревога и дурное предчувствие не покинули разум девушки, спроецировавшись на липкие и тягучие, будто смола, сновидения. Состояние разбитости не прошло даже к утру, но ради выписки Саша "натянула" улыбку и приготовилась к осмотру.

— Что ж, динамика хорошая, так что можешь собирать вещи. Я сейчас закончу обход и подготовлю твои бумаги на выписку, через часок подходи к ординаторской, — улыбнулась доктор, и покинула палату.

Воспрянув духом, теперь уже бывшая пациентка с энтузиазмом взялась за сборы. В этот момент ей позвонила мама.

— Алло, мамуль, привет, меня выписывают! Через час документы будут готовы! — выпалила девушка, не давая вставить родственнице даже слова.

— Дочь, Юрка за тобой не сможет сегодня приехать, так что мы с дедушкой тебя заберем.

— Не сможет? А что случилось?

— Ты только не волнуйся, тебе нельзя. Он просто вчера немного машину ударил, поэтому...

Саша бесцеремонно перебила мать, стараясь сдержать ком в горле.

— Мам... Живой?

Пауза на том конце провода казалась вечной.

— Не молчи! Он живой?!?

Соседки по палате притихли, и даже убрали звук на телевизоре, висевшем в палате.

— Живой, все нормально, ни царапины, просто приехать не сможет.

— Я жду вас с дедом через час, расскажешь подробности...

Александра села на кровать, чувствуя арастающую дрожь во всем теле. Если сейчас ничего не предпринять, то нервный срыв неизбежен, и тогда ни о какой выписке не может быть и речи. Но и остаться здесь, когда ему так нужна поддержка, она не могла. Было ясно, что мама не договаривает, чтобы не волновать. Обычная вмятина на старенькой грузовой "Газели" не помешала бы мужу приехать...

Под гробовое молчание девушек с соседних кроватей она на ватных ногах вышла в коридор и взяла курс на пост. Язык прилип к нëбу, в голове появился нестерпимый шум, а в глазах временами темнело...

— Девочки, — обратилась она пересохшими губами к молоденьким медсестрам, — нужно очень сильное успокоительное.

— А что случилось? Вы такая бледная...

Саша нашла в себе силы рассказать о произошедшем, хотя слезы стояли в горле огромным снежным комом. Медики предложили быстродействующий препарат. Услышав его название, девушка уточнила о реакции ребенка на такую таблетку.

— Конечно, не желательно, но ваше состояние обязательно вызовет гипертонус и осложнения.

— Давайте...

Вернувшись в палату, она забросила таблетку в рот и трясущимися руками поднесла к губам бутылку с водой. Как в тумане она слышала вопросы от соседок, но продолжала молчать. С первым же словом наружу выплеснулась бы истерика, а ей никак нельзя оставаться в больнице. Домой... Только домой...

Спустя час, с выпиской на руках и сумкой, Александра спускалась по ступеням клиники. У входа ее уже ждали родные. Слегка обняв маму и дедушку, она села на заднее сиденье серебристой "Приоры". Почти всю дорогу до деревни они ехали молча, хотелось знать подробности, но вместе с тем панический страх услышать правду побеждал, а потому она предпочла сейчас аб