Анна Народицкая. ВАРЕНЬЕ ИЗ РАЙСКИХ ЯБЛОК

Глава 1

Начало



Однажды январским утром, очень-очень ранним и очень-очень холодным, Маша проснулась от странного незнакомого чувства. Она открыла глаза, полежала полминутки и, выпростав босые ноги из-под одеяла, вскочила и подбежала к окошку. Двор заливал свет яркого, слепящего январского солнца. Сквозь стекло солнечные лучи искажались и преломлялись, создавая эффект радуги. Во дворе все белым-бело: сугробы, похожие на гигантские горы сливочного мороженого; дорожки, покрытые нетронутым белоснежным полотном снега; деревья, сказочно припудренные инеем и искрящиеся в лучах солнца. Их кроны словно сначала окунули в сахарный сироп, потом в сахарницу, да так и оставили. «Сахаринки» сверкали и мерцали на каждой веточке, на каждом сучке.

– Волшебно! – прошептала девочка и ощутила какое-то щекотание внутри,

загадочное и таинственное, как предчувствие неожиданных приключений.

Сунув наспех ноги в тапки, Маша вышла в прихожую и удивилась, что за пределами ее комнаты как-то непривычно тихо от того, что все еще спят. Почему-то в коридор не проникал солнечный свет, и было так темно, будто утро не наступало вовсе, а ночь еще продолжается. Пытаясь не потерять по дороге непослушную левую тапочку, так и норовившую соскочить, девочка подошла к спальне родителей. Тихонько нажав на ручку, чтобы не скрипнула дверь, Маша заглянула в комнату. Папа ритмично посапывал, мама спала тихо, крепко обняв папу, а в ногах у мамы свернулась калачиком кошка Муська. Окно в комнате было темным: ни яркого солнца, ни снежных искр. Только тишина. «Странно», – удивилась Маша.

Прикрыв дверь родительской спальни, она сунула нос в комнату братишки. Антошка раскинулся по кровати, как морская звезда, одеяло почти сползло на пол. Заботливая сестра бесшумно вынула ноги из тапочек и, босая, на цыпочках подкравшись к брату, поправила одеяло. В комнате Антошки тоже была кромешная темень, только светящийся циферблат часов над кроваткой показывал ровно шесть. Маша снова надела тапки и не спеша в задумчивости вернулась к себе. Комнату по-прежнему заливал яркий солнечный свет, даже как будто стал еще ярче!

«Интересно, а что там, на улице?» – пронеслась мысль, и девочка открыла шкаф. Тщательно одевшись, как учила мама, Маша подошла к входной двери. Нерешительно дотронулась пальцами до ручки – она была теплая, но ощущалось легкое прохладное покалывание, словно в ладошку тычется множество тоненьких иголочек. Не больно, но странно, как будто руку опустили в газировку. Повернув ручку, девочка вышла на террасу и от неожиданности замерла. Солнечный свет, янтарный и необычайно мерцающий, заливал всю застекленную террасу. Некоторые окна, оформленные витражами, светились особенным образом. Проникая сквозь эти цветные стекла, солнечные лучи танцевали на дощатом полу, образуя живой разноцветный орнамент. От такой красоты у девочки даже дыхание перехватило, но через мгновение она решительно открыла дверь террасы и вышла во двор…

Три года назад Маша с родителями и младшим братом переехали из Москвы в этот уютный дом. Небольшой поселок удачно расположился между лесом и рекой, так что летом можно было собирать грибы, ягоды и бегать купаться на речку. Чтобы погулять, больше не нужно спускаться на лифте, достаточно просто распахнуть дверь – и вот перед тобой трава, деревья, птицы и облака. Ну разве не здорово? «Ах! Какой тут воздух!» – часто повторял папа. А и правда, дышалось хорошо. Небольшой сад достался вместе с домом. Одна вишня, две яблони и кусты смородины вдоль забора. В начале лета мама высаживала небольшой огородик и потом каждое утро приносила к столу свежую зелень и даже молоденькие огурчики. Ох как они хрустели!

Вся семья быстро привыкла к дому и к жизни в поселке. Для двухлетнего Антошки папа в первое же лето смастерил качели. Маша в тот же год осенью пошла в местную школу, в первый класс. Хорошая, кстати, школа! И учителя внимательные, и ребята попались дружные. Маме тоже пришлась по душе жизнь за городом. Обычно по утрам мама вставала раньше всех и готовила всем любимые завтраки: пекла Маше оладушки или жарила сырники, варила Антошке кашу, а папе жарила глазунью. Папа завтракал первым и уезжал на работу. Потом подтягивались дети. В кухне пахло папиным кофе и оладьями. Антошка, вечно сонный, долго возился с кашей, прежде чем получал горячие сырники к чаю. А Маше больше всего нравилось варенье из райских яблочек, которое мама давала к оладушкам.

Райские яблоки покупались каждую осень на местном базаре, и мама заготавливала на зиму много-много баночек варенья. Оно было необыкновенным, очень вкусным и удивительно красивым! Маша брала ягодку из блюдца за липкую ножку, поднимала высоко и, прищурившись, смотрела на свет. Прозрачный сироп покрывал яблочко стеклянной оболочкой, и оно выглядело совершенно сказочно. Затем девочка отправляла лакомство в рот и прожевывала без остатка, мама говорила – так полезнее. В общем, завтраки в Машиной семье всегда были замечательными, но привычными. А вот сегодняшнее утро было особенным, странным и очень интересным!

Маша спустилась с крыльца и прошлась по свежему снегу, оставляя следы. Это занятие увлекло ее на некоторое время, и девочка натоптала во дворе целый рисунок. Продолжая пинать снег, Маша задрала голову и попыталась определить, откуда светит солнце. Но это оказалось совершенно невозможно. Солнце было везде – и нигде. Оно словно светило из-за неба, как лампочка из-за простыни, растекаясь по всей поверхности. От этого лучи и блики сверкали во всех направлениях.

Маша стала было вспоминать, что им рассказывали в школе на эту тему, но вдруг какой-то звук отвлек ее внимание. Звук раздавался из леса. Туда строго-настрого запрещалось ходить одной! Но это было такое солнечное утро, и все вокруг было таким радостным и казалось совершенно

безопасным, что Маша, не раздумывая, открыла калитку и пошла на звук.

Большие разлапистые елки, укрытые снегом, напомнили про Новый год и веселый праздник, отчего любопытная девочка, раздвигая ветки, без страха уходила все дальше и дальше вглубь леса. Пошел снег, а странный звук становился все ближе и ближе, делаясь похожим на грустное хныканье ребенка. Крупные снежинки, не падая, кружились в морозном воздухе. Они танцевали, искрясь, словно звали за собой, и Маша послушно отправилась за ними.


Глава 2

Знакомство


Вскоре среди зарослей заснеженного кустарника девочка разглядела едва заметный силуэт – то ли зверь, то ли человек. Существо как будто пряталось и действительно хныкало, горестно вздыхая время от времени. Как ни странно, Маше было ни капельки не страшно, она подошла ближе и тихо, почти шепотом произнесла:

– Бедный зверек! Ему плохо, наверное, может, он замерз?

Девочка осторожно раздвинула густые заросли кустарника. Там сидело странное животное – не то медведь, не то собака. Неуклюжее туловище без хвоста покрывала густая и длинная белая шерсть, четыре толстые лохматые лапы упирались в снег, а на голове притулились маленькие кошачьи ушки, то и дело вздрагивающие. Глаза у чудища были огромные, ярко голубые, очень добрые, из них к маленькому черному носу скатывались крупные слезы. Соскальзывая с носа, они застывали и, превращаясь в сверкающие бусины, падали в снег. Снегу заметно прибавлялось, и казалось, скоро рыдающий незнакомец утонет в сугробе.

– Эй, зверек! – осторожно позвала Маша, – Ты чего плачешь?

– А ты чего пристаешь? – нелюбезно буркнул зверек и, страдальчески шумно вздохнув, поинтересовался: – Ты кто?