«А жил я так, как я хотел!»

Достичь небес – это нечто прекрасное и возвышенное,

но и на любимой земле несравненно прекрасна жизнь!

Поэтому оставьте нас быть людьми.

В. А. Моцарт




Олег Константинович Иванов, архитектор, художник, график. Окончил Московский архитектурно-художественный институт (МАрхИ) в 1965 году, в 1980-е годы там же защитил второй диплом на факультете перспективных проблем градостроительства и архитектуры.

Имеет награды и премии, среди которых премия Совета Министров СССР, Золотой диплом международной выставки-конкурса «Зодчество», диплом 1 степени Союза архитекторов СССР, диплом 1 степени Министерства образования СССР и многие другие. Лауреат внутрисоюзной премии «Золотое сечение», номинант на Государственную премию СССР.

Автор проектов, участвовавших в пятнадцати различных конкурсах от междунардного до союзного значения, в тринадцати из которых были получены премии разных степеней.


Ольга Грушевская (ОГ): Олег Константинович, по традиции мы берем интервью у художников, которые выставляются в нашей галерее Салона в библиотеке им. А. П. Платонова. И это уже ваша вторая выставка, кстати. Но начать я хочу не с живописи, а с архитектуры. Все‑таки вы в первую очередь архитектор, да еще с именем и регалиями.


Олег Константинович Иванов (ОИ): Я эти регалии никогда не ношу. Были интересные случаи, когда я даже не знал, что мои проекты где-то участвуют.



ОГ: Так может быть?


ОИ: Запросто. Мой проект жилого дома, который я делал на третьем курсе института, выставлялся в Праге, и удивительно то, что узнал я об этом лишь от своего родного брата Володи, который в то время в Праге учился, он-то и сообщил, даже прислал с выставки значок. Проект жилого здания – это уже пятый курс – вошел в учебник В. Ф. Кринского (в соавторстве с другими) «Введение в архитектурное проектирование», а дипломная работа участвовала на юбилейную дату института на выставке в Париже – мне рассказал Николай Харлампиевич Поляков[1], а сам я даже не знал об этом.


ОГ: Традиционный и неизбежный вопрос: как вы стали архитектором?



ОИ: Конечно. Ждал этого вопроса. Стать архитектором было мне предопределено: я родился в архитектурной семье, папа и мама были архитекторами. Дома вечные разговоры только об архитектуре, бесконечные папины аспиранты…

Да и родился я в Доме архитекторов, это Дом на Ростовской набережной, построенный небезызвестным архитектором Щусевым[2], дом, который предназначался для молодых аспирантов, членов Союза архитекторов.


ОГ: Дом необычной формы, это неоконструктивизм?



ОИ: Да, дом необычной формы, построен на так называемом Ростовском подворье, где располагалась церковь Благовещения Пресвятой Богородицы XV века. Щусев снес полхрама, там осталась одна колокольня. Храм был знаменит тем, что в годы правления Ивана III в нем жил митрополит Вассиан, который написал труд «Послание на Угру». Он настаивал, чтобы Иван III не вел переговоров с Золотой Ордой, а выступил с войском. Тот послушал его, и Орда ушла, кончилось иго.

Дом до конца построен не был, хотя после войны его еще доделывали. Основное же строительство было приостановлено перед войной в 1939 году, и одна стена была сделана наспех, ее не утеплили, и комнаты с этой стеной были ледяными. Под дверью холодной комнаты была щель, и зимой ее закладывали разными одеялами. Знаете, есть строчки: «Меня воспитала полоска света, зажатая меж дверей…». И вот отец, одетый в шубу, валенки – утепленный, работал в этой ледяной комнате; это были уже военные годы, у него была бронь, так как он был главным художником в одном из павильонов ВДНХ. И в этой холодной комнате он писал бесконечные портреты Маркса и Энгельса – порознь и вместе.