«А жил я так, как я хотел!»

Достичь небес – это нечто прекрасное и возвышенное,

но и на любимой земле несравненно прекрасна жизнь!

Поэтому оставьте нас быть людьми.

В. А. Моцарт




Олег Константинович Иванов, архитектор, художник, график. Окончил Московский архитектурно-художественный институт (МАрхИ) в 1965 году, в 1980-е годы там же защитил второй диплом на факультете перспективных проблем градостроительства и архитектуры.

Имеет награды и премии, среди которых премия Совета Министров СССР, Золотой диплом международной выставки-конкурса «Зодчество», диплом 1 степени Союза архитекторов СССР, диплом 1 степени Министерства образования СССР и многие другие. Лауреат внутрисоюзной премии «Золотое сечение», номинант на Государственную премию СССР.

Автор проектов, участвовавших в пятнадцати различных конкурсах от междунардного до союзного значения, в тринадцати из которых были получены премии разных степеней.


Ольга Грушевская (ОГ): Олег Константинович, по традиции мы берем интервью у художников, которые выставляются в нашей галерее Салона в библиотеке им. А. П. Платонова. И это уже ваша вторая выставка, кстати. Но начать я хочу не с живописи, а с архитектуры. Все‑таки вы в первую очередь архитектор, да еще с именем и регалиями.


Олег Константинович Иванов (ОИ): Я эти регалии никогда не ношу. Были интересные случаи, когда я даже не знал, что мои проекты где-то участвуют.



ОГ: Так может быть?


ОИ: Запросто. Мой проект жилого дома, который я делал на третьем курсе института, выставлялся в Праге, и удивительно то, что узнал я об этом лишь от своего родного брата Володи, который в то время в Праге учился, он-то и сообщил, даже прислал с выставки значок. Проект жилого здания – это уже пятый курс – вошел в учебник В. Ф. Кринского (в соавторстве с другими) «Введение в архитектурное проектирование», а дипломная работа участвовала на юбилейную дату института на выставке в Париже – мне рассказал Николай Харлампиевич Поляков[1], а сам я даже не знал об этом.


ОГ: Традиционный и неизбежный вопрос: как вы стали архитектором?



ОИ: Конечно. Ждал этого вопроса. Стать архитектором было мне предопределено: я родился в архитектурной семье, папа и мама были архитекторами. Дома вечные разговоры только об архитектуре, бесконечные папины аспиранты…

Да и родился я в Доме архитекторов, это Дом на Ростовской набережной, построенный небезызвестным архитектором Щусевым[2], дом, который предназначался для молодых аспирантов, членов Союза архитекторов.


ОГ: Дом необычной формы, это неоконструктивизм?



ОИ: Да, дом необычной формы, построен на так называемом Ростовском подворье, где располагалась церковь Благовещения Пресвятой Богородицы XV века. Щусев снес полхрама, там осталась одна колокольня. Храм был знаменит тем, что в годы правления Ивана III в нем жил митрополит Вассиан, который написал труд «Послание на Угру». Он настаивал, чтобы Иван III не вел переговоров с Золотой Ордой, а выступил с войском. Тот послушал его, и Орда ушла, кончилось иго.

Дом до конца построен не был, хотя после войны его еще доделывали. Основное же строительство было приостановлено перед войной в 1939 году, и одна стена была сделана наспех, ее не утеплили, и комнаты с этой стеной были ледяными. Под дверью холодной комнаты была щель, и зимой ее закладывали разными одеялами. Знаете, есть строчки: «Меня воспитала полоска света, зажатая меж дверей…». И вот отец, одетый в шубу, валенки – утепленный, работал в этой ледяной комнате; это были уже военные годы, у него была бронь, так как он был главным художником в одном из павильонов ВДНХ. И в этой холодной комнате он писал бесконечные портреты Маркса и Энгельса – порознь и вместе.


ОГ: А какую школу вы оканчивали? В том же в районе?


ОИ: Тридцать первую школу, в здании которой сейчас расположен Хамовнический суд, а вообще она была некогда знаменитой Алферовской женской гимназией. В гимназии учились дочери Поленова, Мамонтова, Шаляпина, Гагарина, Серова… Некоторое короткое время там училась и Марина Цветаева. В 1919 году Алферовых расстреляли. Вот такая история…

А возвращаясь к теме, как я стал архитектором, могу только повторить, что был обречен им стать – мало того что вся семья архитекторы (мой старший брат Вовка тоже поступил в МАрхИ), так и во дворе меня окружали такие же, как и я, дети.

Правда, был момент, когда я учился еще в школе: так как я обладал способностью ясно выражать свои мысли, внутри меня затеплилась идея поступить на журфак МГУ, но я писал чудовищно неграмотно, совершал самые невероятные ошибки. Почему?.. Сам не знаю. Мне тогда наняли какого-то педагога с факультета журналистики, который научил меня грамотно писать, и вскоре я смог мгновенно видеть ошибки в любом тексте. Это мне помогло в дальнейшем, я работал без черновиков.



ОГ: Говорят, архитектура – это застывшая музыка. Вы согласны? И что для вас архитектура?


ОИ: Нет, не согласен, категорически. Архитектура – вторая, искусственная природа общества, которая управляет этим обществом. Вот строит архитектор коридор, и все люди, толпа, идут по коридору. Строят площадь – все собираются на площади. И так далее. На это обратили внимание еще американцы во время холодной войны, заявив, что лучшее средство борьбы с коммунизмом – это строительство индивидуальных жилых домов, которые тут же разобщили общество! Архитектор создает искусственную среду протекания биологических и социальных процессов человека, вдумайтесь в это, эта среда и руководит человеком.


ОГ: А различные архитектурные стили? Украшения на фасадах тоже оказывают свое влияние?


ОИ: Это уже «одежка», наносное, скрывающее внутреннюю задачу. Возьмите, например, как появилась капитель – соединение колонны с верхней плоскостью надо было украсить каким-то орнаментом, чтобы не было видно соединительного материала, который выползал по краям колонны. И так далее.

А вот музыка… Она не может быть застывшей, никогда. Вообще, я считаю музыку самым величайшим из искусств. Она берется из ниоткуда. Из пространства.


ОГ: Есть любимые композиторы?


ОИ: Шёнберг[3], Мессиан[4], Пендерецкий[5]… Но и в их произведениях нет той четвертой пространственной точки, которая существует в музыке.


ОГ: А у кого-то она есть?


ОИ: У Моцарта. Он не то что мой любимый композитор, я его даже не причисляю к любимым – любить можно земные вещи: яблоко, море, коньяк, женщину. Моцарт просто живет во мне, это четвертое измерение.



ОГ: Наверное, вы не случайно взяли цитату из Моцарта, которую мы поставили эпиграфом к интервью.


ОИ: Верно. «Достичь небес – это нечто прекрасное и возвышенное, но и на любимой земле несравненно прекрасна жизнь! Поэтому оставьте нас быть людьми», – Вольфганг Амадей Моцарт. Да… Мы все люди несовершенные, которые совершают множество поступков – плохих, хороших, безобразных. Мы остаемся людьми. Моцарт мог исполнить нечто прекрасное, удивительное произведение, и тут же после исполнения мог совершить самые неприглядные неестественные поступки. У каждого есть скелет в шкафу… Образ Моцарта совпадает с моим представлением о человеке. Знаете, иногда мне снится сон, что я играю на рояле. Просыпаюсь, смотрю на свои пальцы и удивляюсь, как я мог ими играть?


ОГ: А вы на чем-то играли, учились?


ОИ: Нет, не учился, но играл на мандолине – досталась от дедушки. Но это было чисто технически, у меня нет никакого слуха. Еще играл на аккордеоне, у нас был вельтмайстер[6], и во дворе под мою игру даже танцевали.


ОГ: Олег Константинович, вы удивительно тонкий человек, прекрасный архитектор, ценитель музыки, могли быть журналистом… Но ведь, наверное, не каждый архитектор еще и художник.


ОИ: Конечно нет. По ученикам я заметил, что те, кто хорошо рисовал, становился плохим архитектором. Конечно, во время учебы так или иначе мы все рисовали. Архитекторами становились не все, мы знаем того же Андрея Вознесенского – он ушел в поэзию. Андрея Макаревича – тот ушел в музыку… Да, к слову, об архитекторах! Расскажу вам забавнейшую историю.

У нас был прекрасный карикатурист Миша Ушац[7], его работы были и в газетах, и в журналах, он некоторое время работал в «Крокодиле». Однажды, еще во время учебы, чтобы занять себе место[8] в аудитории, он написал прямо на столе «Ушац» и отошел. А на следующий день его сокурсники в шутку подписали все места его фамилией «Ушацъ» – с твердым знаком. Так и повелось: везде, где бы ни побывали бы студенты-архитекторы, оставалась надпись «Ушацъ» – на стенах, книгах, столах, уличных лавках, столбах и фасадах, в аэропортах, горах, на кораблях, даже где-то в Париже – везде! Такая визитная карточка студентов МАрхХИ.

Но вернемся к нашей теме. Нет, я не считаю себя художником. Это просто сидит во мне профессионально потребность держать в руке что-то рисующее или пишущее. Это может быть ручка, карандаш, тушь, обгоревшая спичка.


ОГ: Вы отдаете предпочтение какому-то стилю? Первая ваша выставка была – живопись маслом, сейчас – графика, почти геометрическая.


ОГ: У меня есть самые простые карандашные рисунки, простые до натуралистичности, есть жесткая кисть, абстрактные, есть пейзажи. Это зуд малевать. Но в Москве я писать не могу – темно, пишу только на даче.


ОИ: А как приходит тема?


ОИ: По-разному, конечно. Если это живопись, то я думаю, что я хочу сказать. Но бывает, что я беру просто белый лист и создаются картины абстрактно, как лягут линии. Меня интересует процесс.



: Есть вещи, которые заставляют вас глубоко задумываться?


ОИ: Да. Вот время… Удивительная вещь. Как вы думаете, как, в какую сторону оно течет?


ОГ: Поступательно… Не знаю… Знаю только, что это совершенно не существующая единица, которую используют как инструмент, как измерение, оно имеет конкретные задачи. Время может раздвигаться и спрессовываться и так далее.


ОИ: Думаю, время течет из будущего. Вот, например, человек родился – состоялось событие, и оно ушло в прошлое; человек окончил школу – состоялось, ушло в прошлое…


ОГ: Интересно, логично, но тогда мы приходим к предопределенности и полному фатализму.


ОИ: Да. Скорее всего.


ОГ: И тогда, получается, мы не можем влиять на будущие события.


ОИ: Получается так.


ОГ: Ваш любимый цвет?


ОИ: Охра.


ОГ: Форма?


ОИ: «Я с детства не любил овал, я с детства угол рисовал!»


ОГ: Напиток?


ОИ: Кофе! Безусловно. Я знаю в округе все кофейни, у меня тысячи знакомых там, где есть кофе.


ОГ: Чего не любите в быту?


ОИ: Терпеть не могу, до дрожи и чесотки, пить водку из пластиковых стаканчиков, органически не переношу.


ОГ: Мужчины и женщины – это разные существа, совсем-совсем?


ОИ: Да, конечно, и к женщинам я отношусь более уважительно.


ОГ: Что для вас ценно в людях?


ОИ: Доброта и естественность, дружеская верность.


ОГ: Чего вы не простите?


ОИ: Предательства. Можно расходиться во мнениях, взглядах, можно ссориться, но предательство – это самое страшное. Я с этим сталкивался.



ОГ: Существует ли любовь? Или это что-то придуманное, химия?


ОИ: Думаю, биологические потребности и особенности человека играют не последнюю роль. А иногда вмешивается и что-то иное. У моей жены, например, мне понравилась походка. Нелепая, смешная, не как у модели на каблуках, а что-то свое, особенное, – вот понравилась походка, и только потом я стал приглядываться к другим ее чертам.


ОГ: Любимые писатели?


ОИ: Аркадий Гайдар – «Голубая чашка», «Судьба барабанщика»; Рэй Бредбери – «Вино из одуванчиков», это моя любимая книга. А среди поэтов, наверное, Рубцов, Шпаликов, Заболоцкий.


ОГ: Я знаю, что в 2015 году у вас вышел сборник стихов под названием «Сжимаю время в кулаке», очень, кстати, символическая фраза. Прекрасные стихи у вас, очень пронзительные.


Жизнь неделима. Мир един.

И каждый день – бесценный дар,

И осени лесной пожар,

Июльский дождь, январский снег,

Собаки взгляд и человек.


Эти строки начинают вашу выставку. А когда вы начали писать стихи?


ОИ: В детстве. Прекрасно помню свое первое стихотворение, мне было… пять лет, наверное. Отец получил свою очередную зарплату, но освободился поздно и не успел ее забрать (в кассе). Мама спросила его, а он ответил, что опоздал. Вот я и сочинил.


Ну конечно, как всегда,

Папа опоздает,

Ну конечно, как всегда,

Деньги прозевает.


ОГ: Олег Константинович, мы обычно знакомим наших читателей с картинами художников, публикуя их работы на страницах нашего журнала. Этот номер украшен вашими выставочными графическими произведениями. На выставке многие обратили внимание на то, что ваши картины – загадки, почти в каждой скрыт особый дополнительный посыл. Так, отражение свечи в окне превращается в силуэт женщины, отражения куполов меняют форму и количество, деревья напоминают танцующих людей, одиночество передается крошечной фигуркой бродячего кота на пустынной вечерней улице. Хочется не просто смотреть на созданные вами сюжеты, а разглядывать и находить ответы на непроизвольно возникающую в голове вереницу вопросов и образов. Это такая игра со зрителем. Удивительная!

Я надеюсь на новую встречу с вами и в Галерее нашего Салона и на страницах журнала «Московский BAZAR», а закончить беседу позвольте словами из ваших же стихов, которые вынесены на выставке в качестве финальной точки на отдельный лист:


…И скромный огонек свечи,

Что я оставил у порога.

Что мне еще просить у Бога?

Бог дал мне жизнь и мой удел.

А жил я так, как я хотел!


Спасибо!

[1] Николай Харлампиевич Поляков (1898–1969) – советский инженер-архитектор, преподаватель. Член-корреспондент Академии архитектуры СССР [2] Алексей Викторович Щусев (18731949) русский и советский архитектор. Действительный член Императорской Академии художеств (1908), академик архитектуры (1910). Академик АН СССР (1943). [3] Арнольд Франц Вальтер Шёнберг (18741951) австрийский и американский композитор, педагог, музыковед, дирижер, публицист. Крупнейший представитель музыкального экспрессионизма, основоположник новой венской школы, автор таких техник, как додекафония (12-тоновая) и серийная техника. [4] Оливье Эжен Шарль Проспер Мессиан (19081992) французский композитор, теоретик музыки, педагог. [5] Кшиштоф Пендерецкий (19332020) польский композитор, дирижёр и педагог. [6] Weltmeisterизвестная немецкая фирма, которая изготавливает только качественные инструменты. Они изготавливают аккордеоны и баяны. [7] Михаил Лазаревич У́шац (19272012) советский художник-график, карикатурист, художник театра, киносценарист. [8] В интернете гуляет история, что это было не место, а мольберт, но сам он вспоминал именно о столе. На самом деле шутка эта превратилась в мем и использовалась в ряде случаев: в мультфильме «Незнайка на Луне», в присказке «Это просто ушацЪ какой-то!».


Работы Олега Иванова можно посмотреть в рубрике BazART ЖИВОПИСЬ

Просмотров: 3Комментариев: 0