Дмитрий Ворожцов. Фальшивый ангел

На крыше мрачного шестиэтажного дома, на самом краю, сидел парень лет двадцати четырех, свесив ноги с бетонного парапета. Заурядная внешность: среднее телосложение и неброские черты лица европейца. Правой рукой парень держался за поручни проржавевшего ограждения, а во второй сжимал телефон. На ребре ладони виднелась татуировка «U.S. Army». Взгляд незнакомца устремлялся вдаль, к горизонту, словно он старался там что-то рассмотреть, пронзив насквозь пространство. Отчаянного экстремала звали Марвин Луз. Так гласила надпись на бейджике, висящем на груди, на синей безрукавке «Волмарт», надетой поверх легкого джинсового костюма цвета индиго.

Марвин – обычный парень, каких сотни тысяч по всей стране. Типичный представитель среднего класса, для которого мечта о светлом будущем навсегда останется мечтой. За его плечами неоконченный второсортный колледж и служба в морской пехоте с последующей демобилизацией из-за тяжелого ранения в Ираке.

Он поднял голову. В его карих глазах отразилось нависающее над ним мертвенно-свинцовое небо без единого солнечного просвета. Словно поблизости опять проснулся огненный Сент-Хеленс[1] и выплюнул из жерла тысячи тонн черного вулканического пепла. По унылой серости небес едва плелись облака. Парню казалось: еще чуть-чуть – они остановятся и рухнут на несчастный Сиэтл под грузом собственной тяжести. В их жутком чреве зарождались молнии, которые с треском и шипением вырывались на волю и тотчас разбивались о земную твердь. Сумасшедшие раскаты грома, извещавшие об их смерти, еще долго терзали слух Марвина, забивая уши нестерпимым грохотом. Воздух светился от электрических разрядов, опьяняя свежестью.

Внезапно налетел колючий, промораживающий до самых костей ветер и растрепал зализанную дождем прическу, оголив ужасный шрам на половину головы. Марвин поправил волосы и посмотрел вниз, где по сырому асфальту проносились редкие автомобили, поднимая фонтаны брызг из-под колес. Прохожих почти не осталось. Они попрятались, устав бороться с безумством стихии. Лишь длинноволосая блондинка в красном платье, трепещущем, как флаг, отчаянно сражалась с ураганным ветром под деревом на аллее, пытаясь сложить вывернутый наизнанку зонт. Она показалась ему знакомой, чем-то похожей на жену...

Но неведомая сила бушевала не только вокруг него. Внутри Марвина раскаленной магмой клокотала ненависть. Безрассудная, неистребимая, свирепая... Она испепеляла разум дотла. Раздирала в клочья грудную клетку. Заставляла бурлить кровь, отдаваясь в висках ударами молота о наковальню. Он с трудом сдерживался, чтобы не взорваться от ярости. Парню хотелось выть в полный голос от безысходности. Каждая клетка разгоряченной плоти взывала к мести. Его сжигала жажда уничтожения. Марвин ненавидел мир, в котором жил. Ненавидел себя. А в первую очередь ненавидел Кэролин... Нет! Даже не так... Он всем сердцем желал обхватить руками ее хрупкую шею, сжать пальцы и услышать божественный звук – хруст ломающихся позвонков.

«Эта сука предала меня! Гребаная стерва! – пронеслась, словно неукротимый торнадо, в его голове мысль. – Надругалась над моими чувствами!»

Марвин вспомнил сегодняшнее утро. Он проснулся в изумительном настроении. Нежно поцеловал спящую Кэролин в белоснежную щечку и без лишнего шума выбрался из-под одеяла. На работу парень не опаздывал – договорился за полсотни баксов с напарником, чтобы тот подменил. На сегодня у Марвина были другие планы – хотел приготовить сюрприз для любимой жены. В этот день, одиннадцатого августа, ровно три года назад они соединили свои сердца.

Парень умылся, оделся, как на работу, чтобы не вызвать подозрений, позавтракал хлопьями с молоком и отправился по делам. Вначале мотнулся на своем красном «Кадиллаке» в Чайна-таун и выкупил букет, который заказал для Кэролин еще в мае. Восхитительные цветы, срезанные полчаса назад. Все так, как он и просил, ровно сто одна красная роза метровой высоты. Там же парень приобрел целый пакет лепестков. Ими планировал украсить ванную и супружеское ложе для создания романтической атмосферы.

Затем Марвин добрался до супермаркета и прихватил со склада упаковку ароматических свечей с запахом роз. Не то чтобы у него не хватало фантазии на другое, просто Кэролин очень любила аромат этих цветов, а он не мог ей отказать в такой мелочи.

Следующий шаг – Даунтаун. Здесь парень забрал в итальянском ресторане ужин и прикупил на вечер бутылочку десятилетнего вина «Шардоне Карнерос» из долины Напа. Кэролин как-то заикнулась, что хотела бы его попробовать. Оставалась малость – выбрать в подарок золотые сережки с изумрудами. Марвин без тени сомнений отдал за них целое состояние в «Турджен-Рейн» на Пятой авеню. Они стоили дороже, чем его древний «кадиллак», доставшийся от отца.

Счастливый и довольный, Марвин вернулся домой в пригород Сиэтла и открыл дверь... На журнальном столике в гостиной увидел откупоренную бутылку и два наполненных красным вином бокала. Сначала просто удивился тому, что супруга дома, но потом на несколько секунд впал в ступор. До него дошло, что изумляться стоило вовсе не этому. Марвина бросило в жар, сердце отчаянно заколотилось в предчувствии чего-то неприятного. Парень сделал несколько шагов и остолбенел. В проеме кухни разглядел силуэты. Его ненаглядная богиня повисла на незнакомом мужчине в парадной форме морского пехотинца, обхватив обеими руками шею. Кэролин подняла голову и начала целовать ухмыляющееся лицо военного. Щеки, губы...

Пространство вокруг поплыло. Марвин потерял равновесие и ухватился за дверную ручку, пытаясь смять ее, как бумажную салфетку. Яд злобы растекался по жилам, душа разлеталась в клочья, в мыслях творился хаос. Сердце замерло. Он не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Шокирующая правда ударила по голове, словно обухом.

В глубине души он, конечно, подозревал, что Кэролин ему изменяла... Марвин не мог не ревновать по естественным причинам. Его жена была первой красавицей в школе, отличницей, звездой чирлидеров футбольной команды «Стальные титаны». Голубоглазая блондинка. Марвину неслыханно повезло, что она выбрала его... К своему стыду, в первые месяцы семейной жизни он регулярно проверял ее страничку в «Фейсбуке» и тайком читал сообщения в айфоне, но никогда не находил ничего подозрительного. К тому же она с такой искренностью уверяла его в своей любви день за днем. Кэролин усыпила его бдительность, а Марвин повелся. Достаточно было один-единственный раз вернуться пораньше, и все рассыпалось как карточный домик.

Вначале он винил не жену... Себя... Считал, что недостаточно сильно любил Кэролин. Уделял мало времени, постоянно мотаясь по подработкам, хоть и делал это ради того, чтобы сделать ее счастливой. Но чем больше Марвин себя накручивал, тем чаще появлялась мысль о том, что виновата во всем «подлая неблагодарная шлюха». Так он теперь ее называл. Она беззастенчиво лгала ему прямо в глаза...

Марвин уже не мог контролировать злость, вернее даже ненависть. Он желал одного... Убежать до того, как превратится в зверя, не ведающего ни жалости, ни сострадания, ни угрызений совести. В того, кто не способен прощать. В того, кто оторвет головы обоим голубкам голыми руками. Марвин не хотел очнуться у холодного трупа Кэролин. Ведь он по-прежнему ее любил. Но больше всего не желал нарушать клятву, которую дал себе в госпитале после войны: никогда не причинять страданий живому существу...

Он сам не помнил, как оказался в машине. Марвин мчался по автостраде куда глаза глядят, совершенно не контролируя скорость и не соблюдая элементарные правила безопасности. Вскоре добрался до Сиэтла и остановился у первого приглянувшегося здания достаточной для задуманного высоты. Сбагрил все подарки для «любимой супруги» смердящему бездомному. Тот шатался неподалеку, ковырялся в мусорных баках в подворотне дома. Ключи от машины Марвин тоже вручил бродяге, а сам полез по пожарной лестнице наверх. В ту минуту он мечтал лишь об одном – сдохнуть... Так же, как и его отец, который не смог забыть и простить измену любимой супруги. Спрыгнул с крыши... <