top of page

Наталья Колмогорова. НЕЖНЫЙ ЦВЕТОК МАРГАРИТКА

Воздух и пространство вокруг – словно огромное, невидимое глазу существо. Оно может быть добрым и злым, твёрдым и мягким на ощупь, как медвежонок Тёпа. Оно может быть острым и колющим, понимающим и отталкивающим. Но никогда – безликим или равнодушным… А ещё это пространство таит в себе то, чему нет точного названия, но от которого иногда мурашки бегут по коже и хочется громко кричать.

Но кричать Рита не умеет, как не умеет слышать и видеть. Её розовые, по-детски пухлые и растянутые в неизменной улыбке губы, с трудом могут произносить некоторые простые слова. А запахи?! О, запахи – это целая Вселенная! Рита знает, что руки Доброй Тёти пахнут печеньем; солнечный свет – пылью и ветром; ночь – холодной подушкой, а улица – пригоревшими пирожками. Лучше всех пахнет подруга Машка, она пахнет сладким лимонадом с пузырьками! Рита часто держится за Машку, или наоборот, особенно, когда они всей «семьёй» идут на прогулку или обед.

Семья у Риты большая – девять детей и двое взрослых. Добрая Тётя учит Риту считать и узнавать слова на ощупь, по выпуклым буквам на толстой пористой бумаге. А Ласковая Тётя каждое утро расчёсывает Ритины белокурые волосы и помогает одеться.

Но самое важное, Рита умеет видеть руками! Ритины ладошки умеют угадывать настроение окружающих, отвечать на вопросы и даже любить. Больше всех они любят своего неуклюжего, мягкого на ощупь, плюшевого медвежонка Тёпу. Тёпа даже спит с ней в одной кроватке! Медвежье сердечко откликается на любовь Риты также горячо, как окружающее пространство – на громкий резкий звук.

Сегодня пространство вокруг Риты вибрирует сильнее, чем обычно. Рита чувствует, как к дверям спальни, осторожно ступая, приблизилось несколько человек. Дверь бесшумно отворилась, и в неё заглянуло несколько пар любопытных глаз. Они бесцеремонно и испытующе рассматривали Риту и остальных детей несколько минут. А может быть, часов? Рита пока ещё плохо ориентируется во времени, но ей и так хорошо.

Она села в кровати и вдруг остро почувствовала, как тревожно вибрирует сердце Доброй Тёти, как волнуется сердце Незнакомого Дяди. А ещё она почувствовала, как напряглась в своей кроватке закадычная подруга Машка, а Тёпа неожиданно схватил её мохнатой лапой за мизинец, словно искал защиты. Спустя пару минут дверь в спальню также осторожно прикрыли, и Кто-то шепнул Рите на ушко, что всё это неспроста…

- Ну что же, если вы уверены в своём решении, - директор Детского дома твёрдо и прямо взглянул на посетителей. – Маргарита – цветочек нежный и ранимый, нуждается в постоянной заботе и внимании. Впрочем, как и остальные наши воспитанники. Ирина с Олегом многозначительно переглянулись.

- Да, мы уверены в своём решении.

Директор внимательным взглядом окинул семейную пару. Женщине лет тридцать; пепельно-русые волосы обрамляют нежный овал лица. Одета просто, но со вкусом. Мужчина широк в плечах, темноволос. Взгляд карих глаз мягок и внимателен.

- Простите, что лезу не в своё дело, - директор выдержал деликатную паузу, - но в нашем городе есть Детский дом, где воспитываются обычные дети. Почему вы выбрали именно наш, рассчитанный на слепоглухих детей?

- Дело в том, что…

Мужчина замялся, подбирая нужные слова.

- Понимаете, - супруга взяла инициативу в свои руки. – Маргарита очень похожа на нашу покойную дочку.

- Очень похожа, - тихо добавил Олег.

- Извините ещё раз... Ознакомьтесь, пожалуйста, с личным делом Маргариты Сотниковой. Вы можете начинать процедуру оформления незамедлительно.

Сегодня Тёпа спал беспокойнее, чем обычно. Рита крепко прижимала друга к груди, гладила за круглым ушком – ничего не помогало! Был ли тому виной визит незнакомых людей, или ветреная погода, Рита никак не могла понять. Машка, которая спала рядом, просунула сквозь решётчатую спинку кровати узкую горячую ладошку, нацарапала пальчиком: «Спать!» Рита благодарно сжала Машкину ладонь и провалилась в сон…

А сейчас Рита сидит напротив Незнакомой Встревоженной Тёти и чувствует, что пространство вокруг них звенит сотней тысяч колокольчиков. Добрая Тётя пишет на Ритиной ладошке: «Мама тебя нашла». Но Рита уже давно сама догадалась об этом! Она ощущает, как воздух вплотную подступает к ней огромной кирпичной стеной, встаёт между ней и Незнакомой Мамой. В её неокрепшей детской душе наступает полная сумятица: страх и неуверенность, желание дотронуться и в то же время спрятаться. Страх оказаться отвергнутой и непонятой.

Превозмогая себя, Рита осторожно протягивает руку в том направлении, где сидит Незнакомая Мама. Кирпичная стена вдруг бесшумно падает, рассыпаясь на мелкие кусочки, плотная пелена отступает, и воздух становится лёгким и прозрачным, как дыхание Тёпы. Внутренним зрением Рита отчётливо видит Свою Маму. Мама сидит в ореоле яркого света. Такого яркого, что даже если крепко прижать ладонями веки глаз, всё равно свет получится много-много ярче!

- Ты – мама? – пишет Рита пальчиком на женской, слегка вспотевшей ладони.

- Да, - отвечает Настоящая Ритина Мама, и мокрая горячая капля падает в раскрытую детскую ладонь.

1 просмотр0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

— Как же… доча... что же… — мать Людмилы сидела, не отирая слёз, и вдруг вскочила, закричала, затеребила лежавшую в гробу: — Люда! Вставай! Вставай, доча, пойдём, пойдём отсюда! Вставай! Вставай, Люда

В одном Царстве, в славном государстве жила-была швея с муженьком, который прекрасно рахбирался в разных механизмах и чинил ей машинку, если вдруг какой винтик отказывался работать. Была у них семья д

Очень часто раннюю весну невозможно отличить от поздней осени: те же лужи, та же грязь, та же слякоть, та же тоска; то же нестерпимое, странное желание выйти – выйти из дома, из города, из мира. Выход

bottom of page