Ольга Флярковская

Псков Москва

Эх, Россия... сёла, огоньки,

В сизом небе желтые дымки

Изогнулись, что хвосты кошачьи...

Тянутся болота и леса...

Убранное поле, голоса

Стай последних кличут или плачут.

Зов могу я только угадать

Из окна вагона... Снова гать...

Семафор над лентою дорожной...

Станция с окошками в резьбе...

Малая зарубка на судьбе,

Тихий вздрог предчувствия под кожей,

Память крови – это ли не чушь?!

Но когда едины все пять чувств

В странном узнавании и боли,

Понимаю: потому жива,

Что ломаю сердце на слова,

Словно хлеб октябрьской юдоли...

Здесь ложится горечь на уста,

Здесь обычный счет идет от ста

Километров и потерь военных...

Молчаливо катится состав,

И на север тянутся места,

И комком в груди – стихотворенье...

Порхов, Локня, Жижица... Двина

На маршруте точкою видна.

Чуть мелькнет, и вот – уже разлука...

Псковщины предзимняя тоска

В ломоте у правого виска,

И стоянка на Великих Луках.

Ленинградка

Завитками позднего ампира

Стекла разукрасила зима.

Вымершие гулкие квартиры.

Лютый холод. Утро. Голод. Тьма.

Женщина в обмотках... баба Тоня!

Ты едва бредешь, не чуя ног,

На твоих руках уже не стонет

Крохотный двухмесячный сынок.

Ты как тень среди других страдальцев –

Еле-еле бьется жизни нить.

Надо на Смоленском в одеяльце

Младшего в сугробе схоронить!

Скрыты звезды напрочь туч рогожей...

Времени река не льется вспять!

Бабушка, ах если б было можно

Вам тепла и хлеба передать!

...путь домой лежит в январской стыни,

Ни собак. Ни галок. Ни огней.

Да вовек твое святится имя

В беспощадной памяти моей...

Твоя комната

А. Г. Флярковскому