Петр Образцов. ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПРОЦЕСС

Отборочное жюри собралось в помещении редакции одного из наиболее толстых литературных журналов. В комнату бывшей дворницкой набилось человек пять‑шесть всего, но дышать все равно было нечем. На столе грозно возвышалась стопка, нет, целая стопа прозаических произведений, присланных честолюбивыми авторами, мечтающими о дипломах в рамочке. Старшой жюри вздохнул и, метнув взгляд в сторону шкафчика с припасенной водкой и простецкой закуской, сообщил, что на каждого из членов жюри приходится примерно по двадцать рассказов, из которых надо оставить для дальнейшего купирования не более одного. Будучи потомственным гуманитарием и слабо разбираясь в натуральных числах, он что-то вспомнил и поправился: «А, нет, оставьте лучше два! Так будет лучше для рандомизации».

Это слово он прочел недавно в рецензии на собственную повесть «Не рано ли?» и запомнил как очень вкусное и явно ученое. Впрочем, надо отдать ему должное, в данном случае употребил он его правильно. Разумеется, чисто случайно, поскольку о том, что рандомизация и означает случайное распределение, он понятия, конечно, не имел. Более того, он почему-то даже гордился своим невежеством в любом из вопросов, помимо литературы, литературоведения и литературной критики. О его полном невежестве и в этих вопросах знали все остальные участники процесса.

В состав жюри из пяти человек, помимо лжекритика, входили два поэта и два прозаика. Тут придется объяснить, что работали-то все четверо на каких-то разных должностях в издательствах и на телевидении, а поэтами и прозаиками считались потому, что писали и даже печатали свои стихи и рассказы – разумеется, за свои собственные деньги или за ничтожные гонорары – в толстых-претолстых журналах. Соответственно и вид имели несколько обтёрханный, несмотря на то что один поэт был женского пола, а один прозаик – да, тоже пола женского. Если внимательно пересчитать половой состав жюри, что в состоянии был бы сделать даже и старшой, то можно увидеть, что перевес был на мужской стороне. Впрочем, наличие двух дам хоть как-то скрашивало унылое действо с участием второсортных литераторов.

Прозаические произведения были поданы на конкурс, посвященный знаменитому русскому писателю начала XX века. Писатель прославился не своими столь же второсортными произведениями, а в основном причудами биографии. Во-первых, он спал с еще несовершеннолетней Цветаевой. Во-вторых, по собственному признанию, спал с ее будущим мужем Эфроном. В-третьих и в-двадцатых, он руководил восстанием просто татар против крымских татар, сидел в одной камере одесской тюрьмы с Котовским, который и выбил ему один из передних зубов, что придавало писателю особый шарм, а также был лично знаком со Сталиным, ласково называвшим писателя «безвредным мудаком».

Впрочем, за небольшими исключениями, в те годы стихи всех поэтов были отвратительны, претенциозны и исполнены презрения к читателям. Что, также впрочем, вполне извинительно, поскольку читатели представляли из себя в основном девиц из третьего сословия, одуревших от непрерывной смены кавалеров, и пожилых юношей, почитающих за честь приютить и обласкать бандитов, грабящих банки из идейных соображений. Недаром этот период получил в истории литературы титул «Серебряного века» – от названия металла мягкого и податливого, быстро темнеющего на воздухе и легко подделываемого. На ту же мельницу лили воду и антисептические свойства серебра, способного уничтожить живую мысль в любой концентрации. Наш старшой жюри не знал даже и этого, наивно полагая недорогое серебро драгоценным металлом.

В соответствии с традицией, прозаические номинации были разделены на секции определенного содержания, которое легко угадывалось по девизу, предпосланному каждой из них. Нетрудно догадаться, что девизы представляли собой цитаты из, так сказать, стихов все того же безвредного писателя. Подборку цитат осуществлял, само собой, все тот же старшой, и его выбору не стоит удивляться – благодаря своей знаменитой тугоухости, он ухитрился отобрать наиболее неуклюжие строки. Так, юмористическим рассказам было предпослано: «Я на тебя, ха-ха, любуюсь, как на фигу» из поэмы «Лобзанья», причем в самой-то поэме под фигой понимается не комбинация из трех пальцев, а цветущая смоковница, но вырванная из контекста строчка поражает своим идиотизмом. И это не самое худшее! Для рассказов направления романтического наш герой подобрал цитату из самого известного произведения писателя – зарифмованного обращения к правительству РСФСР с просьбой дать денег. Вот эта строчка, честное слово: «О вы, красивые отвагой и заслужившие любви». Неуклюжая лесть писателя, хотевшего кушать, вполне понятна, но выбор старшого?

Скажем сразу, что большинство присланных рассказов относилось к третьей секции, тематика которой была зашифрована строкой: «Мне что чукча, что не чукча, я с любой такой готов». Вынужден пояснить, что имелась в виду дружба народов, несмотря на их анатомические различия. Почему-то участники конкурса, в основном русско-еврейские метисы или обычные, по определению Тимура Кибирова, чучмеки, очень старались продемонстрировать читателям свой безудержный интернационализм. В результате романтическая секция скукожилась до всего-то пяти рассказов, да и то два из них были написаны известным манифестирующим гомосексуалистом и именно про гомосексуализм. А в секции юмора с трудом удалось обнаружить всего один рассказик, причем не смешной. Этот рассказ старшой отдал на рецензию поэтессе Изольде, в свою очередь знаменитой не стихами, а именно тем, что «Изольда» было не псевдонимом, а подлинным именем, данным ей при рождении неумными родителями. Рассказ Изольде сразу понравился, поскольку был явно хуже, чем даже ее собственные стихи, и сразу же перекочевал в длинный список лауреатов.

Рассказы гомосексуалиста старшой взял себе (при этом обе поэтессы хмыкнули), остальные три романтические истории получили вторая поэтесса и оба прозаика. Рецензирующие прозу поэты не являются чем-то необычным, а в данном случае это и вовсе нормальное явление, поскольку поэты из жюри пописывали и рассказики и частенько публиковали ежемесячные обзоры прозаических текстов, изданных чужими издательствами. Обзоры, как правило, с отрицательными характеристиками. Чтобы не тратить драгоценное время читателя, сообщаю: в длинный список попал один гомосексуальный рассказ и еще один про любовь – любовь цирковых медведя и медведицы. Кстати, узнав, что не прошла вторая педерастия, поэтессы не без остроумия пришли к выводу, что этот рассказ был недостаточно гомосексуален.

Остальные рассказы про гетеронациональную дружбу были примерно поровну розданы все членам жюри, после чего старшой назначил день сдачи работы, назвал сумму гонорара за каждую из рецензий; народ оживился. Большинство думало, что все это будет задаром, разве что удастся слупить немного деньжат с выдвинутых в длинный список авторов, а чуть побольше – в короткий. Однако в этом году организаторам конкурса удалось выцарапать грант из фонда имени Цветаевой, с которой, как вы помните, спал знаменитый писатель, даже не уточнив ее анкетные данные. Половину гранта пришлось вернуть в тот же фонд откатом, но уже наликом, но вторая половина все-таки осталась. И победителей в конкурсах по всем номинациям ожидал приятный сюрприз – помимо диплома в рамочке они получат по штуке зеленых в конвертике.

Покончив с официальной частью, старшой наконец-то полез за водкой и стаканами. Девицы надули было губки, но, быстро вспомнив про свои прошлогодние похождения в Липках с этими же мальчиками, которые кое-что наверняка помнят, подставили емкости и начали чокаться. Вследствие описанной выше финансовой недостаточности ни о каких авто и «Я за рулем» речи быть не могло. Не отказались девушки и от подозрительной колбаски, выступавшей в роли закуски, и уже минут через десять щечки поэтесс приобрели такой же пунцовый цвет, как и окрашенная нитритами «Краковская». С древним городом польских королей, однако, колбасу роднил только успешный эскапизм – как Краков сумел избежать разрушения во время войны, так и колбаса избежала уничтожения таможенниками на украинско-русской границе. Но волноваться за здоровье девушек не стоит. Во-первых, их организмы и не такое видали, а во-вторых, нитриты обеззараживают.

Разошлись ближе к ночи. Кажется, кто-то из прозаиков пошел провожать какую-то из поэтесс, но этот возможный сюжет из романтической секции конкурса пусть и развивают его участники, а нам уже пора обратиться к собственно рассказам, и правильнее будет повнимательнее рассмотреть уже опубликованный на сайте litteramura.ru длинный список. Особая благодарность обслуге сайта, выставившей помимо заглавий и сами тексты. Их набралось штук двадцать, все прочесть не в человеческих силах, поэтому придется прибегнуть к мет